Классика

7 >

целительным кумысом. И  среди  янычар,  оказывается,  встречаются  хорошие
люди. Еще раз произнес "тешеккюр" и, зажмурив глаза, тяжело  опустился  на
землю.
   Спустя некоторое время, прижавшись ухом к земле, Богдан  услышал  топот
конских копыт. Приближались всадники. Может быть, еще отряд  с  такими  же
пленниками догоняет их. Ах, как ему  хотелось,  чтобы  и  сыновей  гетмана
провели по этой пыльной вражеской  земле!"  Даже  без  нагайки  и  побоев!
Только провели бы их по этому безграничному  пыльному  океану  страшной  и
безжалостной чужбины...



3

   Послышались голоса. Волнение, а может быть, и тревога в отряде янычар.
   - Зачем связали его? - сердито спросил прискакавший военачальник.
   Богдан устало закрыл глаза. Ему развязали  руки,  удобнее  положили  на
земле. Он облегченно вздохнул, на  глазах  выступили  слезы  -  то  ли  от
радости, что почувствовал  себя  свободнее,  то  ли  от  благодарности  за
заботу. А вытереть слезы не решался, боялся, как бы снова не  связали  еще
не отдохнувшие руки.
   - Поднять и поддержать гяура!! Кумыс... - велел тот же властный  голос.
Богдан узнал его - это Мухамед Гирей.
   Благодарить или, может, сопротивляться, чтобы хоть этим  выразить  свое
презрение  к  врагу?  И  Богдан  с  ненавистью  посмотрел   на   человека,
проявившего такую заботу о нем. Доброта врага - это то же  издевательство,
только более тонкое, чтобы еще сильнее донять побежденного.
   Защитник... Кровавый победитель, опьяненный успехом, который и вскружил
ему голову... Богдана подвели  к  Гирею.  Юноша  почувствовал,  как  стали
оживать онемевшие руки, от гнева помутилось  в  голове.  Пошевелил  одной,
затем второй рукой. Привычным движением, как учила в детстве мать,  протер
глаза, вытер кровь на лице и шее.
   - За что меня так жестоко избили, Мухамед ага-бей?  Ведь  я  пленник  и
ничем не оскорбил вас... - с трудом сдерживая гнев, покорным тоном спросил
Богдан.
   Ага-бей улыбнулся, решив, что пленник не в таком уж  плохом  состоянии,

Следующая

7 >