Классика

69 >

Триста золотых дукатов привез Одинец  казакам  от  царя,  подарки,  доброе
слово монарха! Не затмит ли это... ошибки молодого Сагайдачного?
   - Боль, причиняемая раненому, никогда не забывается! Она, как оспа,  на
всю жизнь оставляет следы!
   - Да не горячитесь, пан Яцко, что это с вами?  Тогда  проводилась  одна
политика, а сейчас совсем другая, - убеждал владыка  больше  самого  себя.
Где-то в глубине души соглашался с ним, но все же спорил.
   - Политика одна и та же: к королю Сигизмунду, как  подданные,  почти  с
повинной, точно к султану, едем!
   - Почему же к султану... Даров не везем! - засмеялся Булыга.
   Засмеялся и полковник Яцко. Острота священника сказала ему больше,  чем
горячая дискуссия. Даров королю они не везли, это  верно.  Но  везут  души
украинского народа. Искренние  души  и  согласие  воевать  за  спокойствие
престола Ягеллонов, выпрашивая для себя... лишь право  молиться  так,  как
молились их отцы и деды. А разрешит ли иезуит, не были уверены. Почему  же
в Москву  посылали  сотника  Одинца,  а  не  полковника,  уважаемого  всем
украинским народом? Да  и  послали  только  с  обещанием  помочь  Московии
разбить татар и турок. Помочь, а не заключить братский союз!..



20

   Послы  украинского  казачества  во  время  утомительной   двухнедельной
поездки в Варшаву не заметили даже наступления  весны.  Да  и  королевская
Варшава не по-весеннему встретила их. Только одному Сагайдачному  казалась
она и приветливой, и по-летнему теплой.  Радушно  встреченный  королевичем
Владиславом, он забыл и о цели своего приезда в  столицу  Польши,  оставив
полковников  одних  на   посольском   подворье.   Петру   Сагайдачному   и
новоявленному епископу Езекиилу Курцевичу устроили пышный прием во  дворце
короля Сигизмунда III.
   Король  благосклонно  разрешил  присутствовать  при   этом   еще   двум
полковникам. Он недолюбливал "схизматское  племя".  Правда,  владыке  даже
милостиво разрешил поцеловать свою монаршую руку.  И  на  прощанье,  после

Следующая

69 >