Классика

32 >

Он уже заранее отправил чигиринских казаков домой,  потому  что  решил  не
отпускать Матрену от себя.  После  стольких  лет  страданий  -  они  снова
вместе!



11

   У крутых скалистых берегов бушевало  море.  Холодные  ветры,  вспенивая
волны, устремлялись на побережье Царьграда - Стамбула. И в эти теплые края
ужо стучалась зима, чтобы освежить опаленную знойным южным солнцем страну.
Несколько дней подряд моросил холодный дождь,  предвестник  приближающейся
зимы.  Затем  дожди  прекратились,  земля  затвердела  и  покрылась  седой
изморозью.
   Городские женщины выходили теперь за калитку дувала [дувал  -  каменная
ограда дворов (турецк.)] на улицу или на  рынок,  набрасывая  традиционную
паранджу поверх обычной  летней  одежды  -  длинной  клетчатой  сорочки  с
множеством складок на груди. Очень редко, да  и  то  тайком,  выходили  на
улицу и женщины из султанских гаремов. Лица свои они прятали за яшмаком  -
белоснежной газовой сеткой из шелковой ткани, а их молодые девичьи  сердца
рвались на волю.
   Праздных,  откормленных  и  выхоженных  гаремными  служанками  наложниц
султана всегда тянуло на  волю,  за  пределы  разукрашенного  балкончиками
дворца. Правда, за балкончиками возвышались еще и массивные, как в тюрьме,
каменные дувалы, огораживавшие двор и сады султанского гарема.
   Синопская красавица Фатих-хоне, которой Богдан так целомудренно прикрыл
грудь парчовым  халатом,  теперь  куталась  в  расшитую  шелком  паранджу.
Девушку, разумеется, против ее воли взяли в гарем Османа II, которого мать
еще младенцем нарекла султаном. В детстве  Фатих-хоне  считалась  невестой
любимца султанши Ахмета. Он стал потом беем и бесславно погиб на  Украине.
После его смерти  девушку  прочили  в  жены  чаушу  Али-бею,  правой  руке
султанши. А когда грозная Мах-Пейкер увидела Фатих-хоне, она тут же велела
взять невесту покойного синопского бея в гарем молодого султана... Любимой
женой Османа  была  пленница  монашка,  похищенная  Зобаром  из  киевского

Следующая

32 >