Геннадий Мельников. В страну Восточную придя... -
12 >
повеление о занятии острова Сахалина и были образованы поселения в заливе
Анива и устье речки Кусунай. Осложнившаяся международная обстановка,
возможность скорой войны с Англией и Францией и незамедлительная в этом
случае блокада западных наших портов ставили под угрозу подвоз снабжения в
Камчатку, Русскую Америку и на Охотоморское побережье. Поэтому
генерал-губернатор Восточной Сибири Муравьев решительно рекомендовал
правительству уделить особое внимание Амуру как удобнейшей транспортной
артерии для доставки грузов на восток. Из Санкт-Петербурга по этому поводу
был сделан запрос в Пекин, но китайцы высокомерно отмалчивались, и император
Николай I разрешил Муравьеву сделать пробный сплав. В середине мая пятьдесят
четвертого года, на только что построенном в Шилкинском заводе пароходе
"Аргунь", обеспечивавшим движение вниз по реке пятидесяти барж и множества
плотов, с более чем тысячей казаков Муравьев, предварительно уведомив
местные китайские власти, за месяц благополучно спустился к посту
Мариинскому, где оставил сотню казаков и два горных орудия. Доброе начало
доказало всем сомневающимся важность этого пути; он короток, пригоден для
сплава, удобен для заселения и позволяет регулярно доставлять грузы. Но
главным же было то, что прибывшие вовремя в Камчатку люди и припасы
обеспечили отражение англо-французского десанта. Да и разведанные Амурский
лиман и гавани дали приют российскому флоту, когда взбешенные неожиданным
разгромом в Петропавловске-Камчатском, союзники ринулись его искать. А в
пятьдесят пятом году со вторым сплавом по Амуру в его низовья прибыли уже и
первые мирные переселенцы - крестьяне Забайкальской и Иркутской губерний.
Неведомый Бакунин Степану Медникову был безразличен, а вот что за земли
там, на Дальнем Востоке, какой климат, не затеряется ли он с семьей в
таежной глуши, не нападают ли на эту землю иноземцы, это его беспокоило. И
господин Маковский хорошо знал, что именно волнует переселенцев.