Вячеслав Шишков. Ватага -
56 >
начальству. Пускай одна голь-беднота остается. Трудись, беднота, гуляй,
беднота, царствуй, беднота!.. Зыков за вас. Эй, Наперсток, руби барину
башку!
Но вдруг с зыковского балкона грянул выстрел, Наперсток схватился за
шапку, любопытная тетя, взмахнув руками, навеки нырнула красным платком в
толпу.
Судьи мигом с бревен к террасе:
- Не тебя ли, Зыков? Кто это?
Подбежал и Наперсток с топором:
- В меня, в меня стрелил... в шапку!..
На полу, у ног Зыкова катались клубком Андрон Ерданский и обезоруженный
им парень-часовой.
- Отдай! Добром отдай! - вырывал свою винтовку парень.
Безумный Ерданский грыз парню руки, стараясь еще раз выстрелить в
толпу, в Наперстка-палача. Все люди казались ему проклятыми горбунами,
измазанными кровью уродами, всюду блестели топоры и, как птицы, табунились
отрубленные головы.
- Эх, тварь!.. Не мог кого следует убить-то! - И молниеносный взор
Зыкова скользнул от неостывшей винтовки к вспотевшему лбу Наперстка. - Мало
ж ты погулял, щенок... - он приподнял Ерданского за шиворот и, перебросив
через перила, сказал: - Вздернуть!
Но Наперсток, рыча и взлаивая, стал кромсать его топором.
Глава X.
- Мужики! Зыков город грабит, а вы, гладкорожие, все возле баб да на
печи валяетесь! - еще с утра корили бабы своих мужей в ближней деревне,
Сазонихе.
И в другой деревне, Крутых Ярах, колченогий бездельник, снохач Охарчин,
переходя из избы в избу, мутил народ:
- Айда, паря! Закладывай, благословясь, кошевки... Зыков в городу
орудовает... Знай, подхватывай!..
И в третьей деревне бывший вахмистр царской службы Алехин, сбежавший из
колчаковской армии, говорил крестьянам:
- Нет, братцы, довольно. Кто самосильный - айда к Зыкову!.. Народищу у
него, как грязи. Вон, поспрошайте-ка в лесу, при дороге, его бекетчики
стоят. Поди, мне какой ни какой отрядишка доверит же он. Пускай-ка тогда
колчаковская шпана, пятнай их в сердце, грабить нас придет, али нагайками