Вячеслав Шишков. Ватага -
12 >
Городишка брошен на обум святых, ни войска, ни порядка. Пять раз из рук в
руки. То какая-нибудь банда налетит, то эта дрянь, большевичишки, откуда-то
вылезут из дыры. А кровь льется, тюрьмы трещат... Вот и поработай тут.
Выстрелы за окном все чаще, чаще. Черным по голубому снегу снуют
людишки. По потолку над головой раздались шаги: проснулся поп.
- Вот тут и собирай подать. А требуют. Петлей грозят.
Постучались в дверь.
- Войдите!
Бородатый священник в пимах*1, хозяин. Глаза сонные, свинячьи.
_______________
*1 Пимы - валенки.
- Стреляют, Федор Петрович. Пойдемте, Бога для, к нам... Боязно.
- Большевиков бьют, - не то радостно, не то ожесточенно сказал
чиновник. - Пять суток только и потанцовали большевики-то... Да и какие это
большевики, так, сволота, хулиганы...
- Говорят, за Зыковым гонцы пошли, - сказал священник.
- Что ж Зыков? Зыков за них не будет управлять. Зыков - волк, рвач.
- Говорят, красные регулярные войска идут. Дело-то Колчака - швах. Боже
мой, Боже, - голос священника вилял и вздрагивал. - А Зыкова я боюсь,
гонитель церкви.
- Да, Зыков - ого-го, - за кержацкого бога в тюрьме сидел, - чиновник
ощупью набил трубку и задымил.
- Эх, жизнь наша... Ну, Федор Петрович, пойдемте, Бога для, прошу вас.
И матушка боится.
На-ходу, когда подымались по темной внутренней лестнице, Артамонов
басил:
- Вам и надо Зыкова бояться, отец Петр. Не вы ли, священство,
организовали погромные дружины святого креста? А для каких целей? Чтоб своих
же православных мужиков бить...
- Только большевицкого толку! - вскричал священник. - Только
большевицкого толку, противных власти верховного правителя...
- Да вашего верховного правителя мужики ненавидят, аки змия, -
нескладно загромыхал Артамонов.
- Ежели красную сволочь не истреблять - в смуте кровью изойдем.
- Да ваше ли это пастырское дело?!. Ведь по вашему навету пятеро