Нина Соротокина. Погружение -
54 >
И дальше не оставит своими заботами.
НИКИТА. Негодяй!
АННА. Он делает это по долгу службы. Его можно понять.
НИКИТА. А меня можно понять?
АННА ( с запинкой). Вы - не по долгу службы. Простите меня, месье
Лебрен, за ненужную откровенность. Просто с катушек сошла. Забудьте все.
НИКИТА. Да какой я месье Лебрен? Я Никита Бурцев, мне тридцать шесть
лет. Я холост и значусь старшим инженером по добыче алмазов в поселке
Верном.
АННА. Верном? (усмехается) Это на краю земли?
НИКИТА. Еще дальше.
АННА. А как вы на погружение-то попали?
НИКИТА. Я в отпуске. Четыре года не был в Москве. Отпуск мой
бесконечен. Отчего же не погрузиться интеллигентному человеку.
Сверху спускается Дашина мать с чемоданом, за ней, тоже с чемоданом,
идет Елена. Входят Алексей, уже одетый в дубленку Лысов. Последним входит
Захар. Мать ставит чемодан рядом с Дашей и идет за ее пальто.
ЗАХАР. Ребята, кажется это конец. Следователь уже машину по телефону
вызвал. А может глупо, что мы вот так... все... собрались. Работа - есть
работа. Можно переждать день и вернуться к занятиям. АННА. Креста на вас
нет!
Входит следователь.
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Прошу тишины. Мне только что позвонила судмедэксперт, уже
знакомая вам Мария Христиановна. Позвольте огласить результаты судебно-
медицинского вскрытия. Причиной смерти Евы Сергеевны Гофф явилось отравление
снотворными препаратами группы барбитуратов.
ДАША./выходит вперед/ А люминал...он тоже из группы бар...
барбитуратов?
МАТЬ. /подходит к Даше с пальто/ Идем, тебе не надо этого слушать.
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Очевидно, потрясенная смертью матери, покойная перепутала
дозу снотворного. Сделала ли она это случайно или умышленно, мы теперь
никогда не узнаем.
ДАША /вырывается из рук матери, которая буквально всовывает ее в
пальто/ Да оставь ты меня мама! Все было совсем не так! Я хочу, чтобы все
знали. Это я...