Классика

44 >

я одна, и этот плот -тонет. Плохи мои дела, я заговорила стихами.

     НИКИТА. Нет, все не так.  Просто мы  очень поспешно  живем,  а  смерть,
когда она рядом, заставляет остановится, оглядется...

     АННА. /перебивает/...погрузиться в себя /с  усмешкой/ и посмотреть, что
там на  дне  души  - ил  или  чистый песочек. На дне моей души  нет  ничего.
Пустота.

     НИКИТА. Это смерть пустота, а жизнь всегда чем-то наполнена.

     АННА. Нет, вы не умеете утешать /встает, идет в холл/

     НИКИТА. /идет вслед за Анной, останавливает ее/ Я хотел сказать, что вы
можете располагать мной безраздельно.

     АННА. /вдруг вскрикивает испуганно/ Мне кажется, что она  все еще сидит
вон там, в кресле...

     И действительно, мы видим  сидящую в  кресле Еву,  вернее ее  мысленный
образ. Она сидит вполоборота к Анне и внимательно смотрит в темный камин.

     НИКИТА. /оборачивается/ Там никого нет.

     АННА.  /лихорадочно/ Ну конечно, откуда  ей там взяться? Они умерли оба
-мой муж  и его жена. И знаете,  определение "первая" смело можно  опустить.
Она всегда была его женой, а я -так...кем-то рядом.

     НИКИТА. Вы мать его сына.

     АННА. Да,  да, в этом все дело. Не будь Димки, он никогда не оставил бы
Еву. Это было  так давно. Представьте, я студентка первого курса, семнадцать
лет, ума никакого, но всего хочется. Отношение к жизни самое восторженное. А
он - мой  учитель, умница, профессор, и красив к тому же. Много старше меня,
да...Ну и что? Мазепе было шестьдесят. /ее бьет дрожь/

     НИКИТА. А знаете что? У меня коньяк есть. Хотите выпить?

     АННА. Хочу. /садится за стол/

     Никита  достает из  шкафа  коньяк,  рюмки,  наливает  Анне,  она  сразу
выпивает. Никита  садится рядом с Анной. Сидящая в кресле Ева поворачивается
и внимательно смотрит на них.

     АННА. Спасибо,  я кажется согрелась. Ну  вот, значит.../усмехается/  он
красавец умница, я  опомниться не успела  и уже жду ребенка. А у  них с Евой
детей не было.

     Ева кивает головой, мол, так все и было.

Следующая

44 >