Нина Соротокина. Свидание с Петербургом -
56 >
заботах и предложить свою по-мощь, но и в необходимости развлечь Софью, если
представится слу-чай.
Бал-маскарад в зимнем дворце, что может быть восхитительнее! Там будут
петь итальянцы и представлять живые сцены, сама госуда-рыня, наследник и
великая княгиня предстанут перед публикой в маскарадных костюмах, весь
Петербург будет там, чтоб танцевать до утра.
Время от времени Никита опускал руку в карман и ощупывал
пригласительный билет, отпечатанный в Дрездене на атласной бумаге,
украшенный причудливым рисунком. Билет с великим трудом до-стала во дворце
Анастасия: Саша не забыл просьбы друга.
Сзади раздался гортанный крик, Никита поспешно отступил в сторону. На
мост выскочила карета, и Никита увидел в окошке лицо мужчины, показавшееся
ему знакомым. Встретившись с Никитой глазами, мужчина поспешно задернул
шторку, словно намереваясь скрыть от постороннего взгляда соседа в
треуголке.
Карета благополучно миновала мост, выскочила на мощенную деревянными
плашками мостовую, и вдруг -- крак! -- колесо попало в выбоину, здесь же,
как на грех, подвернулся камень. Если бы не мастерство кучера, карета
непременно завалилась бы набок. А здесь она каким-то чудом остановилась, и
только колесо, соскочив с оси, продолжало самостоятельно катиться, поспешая
к месту назначения.
"Ax", "ox", "тудыть тебя" и прочий набор междометий! Кучер поймал
колесо и застыл около кареты, почесывая затылок: одному, пожалуй, не
управиться.
Из кареты вышли двое, обругали кучера, но сдержанно, не по-русски, и
быстро пошли прочь от кареты. На ходу тот, что задерги-вал шторку,
оглянулся, и Никита его наконец узнал.
Дворянин, приехавший в Россию по делам купеческим,-- Ханс Леонард
Гольденберг. Это был первый иностранец, кому Никита оформлял паспорт, и,
конечно, он не запомнил бы Ханса, если бы обер-секретарь не торопил, прямо
бумагу из рук рвал -- скорей, дело важное. У Гольденберга была