Нина Соротокина. Свидание с Петербургом -
46 >
посвящены тайнам мальтийского ры-царства: "А правда ли, что орден сказочно
богат? А какие они, воины-иоанниты? Расскажите, о1 расскажите о великом
магистре Ла-Валетте!" И Сакромозо рассказывал...
В иные минуты Лесток готов был поклясться, что рыцарь видел Мальту
только во сне, а сведения о ней почерпнул из книг. Но с другой стороны...
"Ах, Герман,-- говорил он себе.-- не доверяй инту-иции, верь факту! Что ты
знаешь о ближайших задачах ордена? Понять бы, кому Сакромозо служит?"
Первый их разговор был посвящен Франции, О, искусство тонкой беседы,
когда по гостиной порхают сама простота и доброжелатель-ность, когда каждое
слово собеседника воспринимают с восторгом и тут же дают понять, как он умен
и остроумен, а тот, простак, и распахнет душу! В такой беседе Сакромозо был
бесподобен. Но Лес-ток, старая лиса, сам играл с ним в поддавки. Еще только
что говори-ли о том, как велики сосульки на здании сената, какой дивный
эки-паж у графа Разумовского и как искусно разрисован плафон в при-хожей у
Анны Алексеевны Хитрово, и вот уже Лесток должен отве-тить на невинный
вопрос:
-- Правда ли, что Шетарди в бытность свою в Москве пробил бутылкой
голову послу д'Аллиону? Говорят, посол прячет под пари-ком огромный шрам.
-- Пустое,-- рассмеялся Лесток.-- У них действительно была ссора.
Д'Аллион устроил из посольства мелочную лавку, накопил в нем товаров и
принялся торговать. Шетарди возмутился этим, вспых-нула ссора, но в ход
пошли не бутылки, а шпаги. Дуэли не получи-лось. Шетарди отвел шпагу рукой и
поранил пальцы. Только и всего. Этой истории четыре года, она с бородой.
-- Но ведь Шетарди был выслан из России не за дуэль, не прав-да ли? Он
был нескромен. Забыл, бедняга, что почта в России при-надлежит Бестужеву, а
потому письма его были вскрыты.
-- У нас, как и во всяком государстве, есть цензура,-- холодно сказал
Лесток.
-- Конечно, но отношения России и Франции оставляют желать лучшего,--