Нина Соротокина. Свидание с Петербургом -
43 >
смысл.
-- Никто не платит деньги просто так,-- сказал он государыне.-- Кто
знает, каких услуг требуют от лейб-медика иностранные мини-стры? -- И
добавил угрюмо: -- В этой ситуации я не могу поручиться за ваше здоровье.
И Елизавета уступила. Видно, пришло время пожертвовать чело-веком,
который когда-то был ее верным другом, советником и, как ут-верждают
некоторые документы, любовником. Лесток сделал послед-нее кровопускание,
получил за это 5000 рублей, вдвое больше обыч-ного, и вышел в отставку.
Негодяй канцлер за каждым карточным столом, когда сводил их случай,
глядя мимо Лестока, говорил с усмешкой: "Да, нет теперь достойных лекарей,
все неучи и плуты, то ли дело покойный Блюментрост, врач Петра I". Лесток
зубами скрежетал от негодования, но не возражал. Придет время, и он свое
возьмет!
Блюментрост, врачевавший по методу Парацельса, лечил метал-лами, и
Лесток в свое время даже пробовал у него учиться и делал выписки из
рукописного лечебника. Найти теперь эти выписки стоило большого труда, и
Шавюзо переворошил груду старых бумаг. Зачем они понадобились, Лесток и сам
толком не знал, но в глубине души теплилась надежда на внезапный недуг
государыни. Новая, неведо-мая болезнь, и он будет признан, и предложит уже
не кровопускание, нет, а совсем новую методу.
Скажем, сердцебиение... Вот оно -- толченое в порошок золото, давать
его с рейнским или с водкой коричной по пять зерен. От лихо-радки сухотной
лечат составы олова, в рвотный порошок входит не только сулема ртутная, но и
загадочный "меркуриум дулцие" и еще водка с лягушачьим млеком. Но где их
взять, новые заболевания го-сударыни? Разве что меланхолическая болезнь и
печали, которые хоть и редко, но настигают ее среди пиров и маскарадов.
Лесток не заметил, как стал искать в старых рукописях раздел "яды". Не
для государыни, упаси Бог, но уж Бестужеву, доведись ему врачевать, он бы
изготовил рецепт, даже если бы ему понадо-билось не лягушачье млеко, а