Нина Соротокина. Свидание с Петербургом -
24 >
ему это не впервой... Казалось, обще-ство радуется, что есть на свете такие
негодяи, что готовы дворян-скую честь запихнуть в канцелярскую реляцию,
читай -- донос. А вы слышали, куда он ранен? В ладонь... Не иначе, он
пытался пой-мать пулю, чтобы спасти свою замечательную жизнь! Вот
канцле-ру-то радость... ха-ха-ха...
Но Саше было не до смеха. Самое меньшее, что ему грозило пос-ле разбора
дела, это ссылка в дальние тобольские степи или астра-ханские лиманы.
Белов жил, как в чаду. Генерал Чернышевский хлопотал за сво-его
подопечного, Анастасия ломала в отчаянии руки. Она хотела бро-ситься к ногам
государыни, но умные люди отсоветовали ей делать столь опрометчивый шаг.
Возможно, Елизавета еще и не знает ниче-го. А потому не стоит лить масло в
огонь, всем известно -- государы-ня строжайше запретила дуэли.
Никита узнал о злополучной дуэли не сразу, Саше стыдно было
исповедоваться перед другом в том, что связался с дрянью и стал участником
фарса. Никита, однако, отнесся к событиям весьма серь-езно, а точнее сказать
-- пришел в бешенство. Он встретился с гра-фом Антоном на улице, поклонился
вежливо.
-- Мы не представлены... Но для того, что я имею вам сообщить, это и не
важно.
Бестужев молча и внимательно смотрел на молодого человека, видно было,
что он знает, кто его остановил.
-- Если Белов будет разжалован и сослан,-- продолжал Ники-та,-- вам
предстоит драться со мной.
Граф скривился, придержал забинтованной рукой треуголку, ко-торую
трепал ветер, и молча проследовал дальше.
Никита ничего не сказал Саше об уличном разговоре, он был про-тивником
дуэлей, но случаются в жизни и безвыходные положения.
Вот в эти-то дни и вынырнул из своего московского небытия на
петербургские просторы Василий Федорович Лядащев. Они столкну-лись с Сашей
на Невской першпективе, зашли в герберг, выпили виноградного вина, вспомнили
былые времена, а потом сразились на бильярде. Оказывается, Лядащев объявился