Нина Соротокина. Свидание с Петербургом -
15 >
свой выбор?
Родство с немецким домом было в традиции русского двора, тра-диция эта
была заложена Петром I. Кроме того, нищая и незамет-ная невеста, по мысли
Елизаветы, не могла иметь своего лица и не могла стать исполнителем
чьей-либо чуждой России воли. Но чуть ли не главным было то, что Софья
Цербстская была племянницей по-койного, но, как казалось государыне, еще
любимого жениха Карла Голштинского.
Жениха выбрал Елизавете отец -- Петр 1. Между молодыми людь-ми возникли
самые теплые чувства. Уже и свадьба была назначена, и вдруг накануне важного
события принц Карл умирает от оспы. Юная Елизавета была безутешна, даже
теперь, по прошествии почти двенадцати лет, при воспоминании о женихе на
глаза ее навертыва-ются слезы.
Софья Цербстская с матерью Иоганной была вызвана депешей в Россию. Им
надлежало ехать скрытно под именем графинь Рейнбек, дабы шпионы прусские и
прочие, а особливо чуткие уши Бестужева, которые и на расстоянии тысячи
километров улавливали нужный звук, не услыхали до времени важной тайны.
В любом учебнике истории можно найти дату путешествия гра-финь Рейнбек
-- январь 1744 года, из дневников и писем можно уста-новить, как бедствовали
они в дороге, ночуя на убогих постоялых дворах, как боялись угодить в
полыньи при переезде рек, как страши-лись разбойников.
Забытым осталось только маленькое дорожное происшествие, а именно --
случайное знакомство с русским студентом, который в зимние вакации
путешествовал по Германии. Студент прилично изъ-яснялся по-французски и
отлично по-немецки, вежливым поведением смог угодить маменьке и, конечно,
пленился очаровательной дочкой. Она выглядела старше своих лет --
шестнадцать, а может, и все сем-надцать, стройная, оживленная, веселая.
Светло-карие глаза ее в еловых лесах, словно вбирая в себя цвет
величественных "танненбаум" (ах, как прелестно звучало это в ее устах!),
становились зелеными, остренький подбородок нетерпеливо вскидывался вверх --