Нина Соротокина. Трое из навигацкой школы -
83 >
на шаг.
Дойдя до опушки леса, он остановился и осмотрелся кругом, уверенный,
что где-то рядом, спрятавшись в кустах, ждет его Софья.
-- Эй, где ты? -- крикнул он громко. Никто не отозвался. "Может, она за
стогом прячется? "
Он оглянулся назад и замер с улыбкой, поэтическая душа его дрогнула.
Монастырь стоял на взгорке. Словно поле всколыхнулось волной, и на самом
гребне этой волны возникли, как видение, белые стены, по-женски округлые
башенки, крытые медью и гонтом луковки церквей, и кружевные прапорцы на
трубах, и звонница у Святых ворот с похожими на сережки колоколами,
подвешенными к узорчатой перекладине. Солнце встало, и стены монастыря нежно
зарозовели, казалось, они излучали тепло, а в карнизах, уступах, оконных
проемах, щелевидных бойницах залегли лиловые тени, сохранившие остаток
дремотной ночной сырости, и изразцовые плитки на барабане собора влажно
блестели, словно листья, обильно смоченные росой.
"Куда же я бегу от такой красоты и тишины? -- подумал Алексей. -- Что
надежнее защитит меня от Тайной канцелярии, чем эти стены? "
Он вспомнил проповеди отца Иллариона, и память услужливо нарисовала
перед ним скорбный образ гречанки Анастасии, что семнадцать лет скрывалась
под мужской рясой и даже стала настоятелем тихой обители. Только смерть
Анастасии позволила монастырской братии угадать ее пол. А если его, Алексея
Корсака, сама судьба обрядила в женские одежды, то почему бы и ему по
примеру святой Анастасии не принять постриг и не исчезнуть среди робких
монахинь. Уж здесь-то Котов его не найдет. "А как же я бриться буду? --
подумал он вдруг озабоченно. -- Ведь вырастет когда-нибудь и у меня борода".
-- Долго мне тебя ждать? -- раздалось над ухом.
-- А? Вернулась с полдороги? -- отозвался Алеша. -- Ты что несешься,
как угорелая? Не в салки играем!
-- Мы на этом поле, как на ладони. Со стен далеко видно.
-- Кому видно? Все спят.
-- В монастыре всегда кто-нибудь не спит.