Классика

73 >

     -  Черт  с ней,  с бумагой.  Я тогда в  директорском  кабинете вместе с
Алешкиным паспортом и свой прихватил.
     - Побег, значит. Отчаянный ты человек! А  если поймают да вернут назад?
За побег, сам знаешь, по уставу смертная казнь!
     -  Эх,  Никита,  Россия  тем хороша, что у  нас  "ничего нельзя, но все
можно". Мой побег и не заметит никто. Может, со мной поедешь?
     - Сейчас  не  могу. Надобно  дождаться  письма  от  отца.  Я  приеду  в
Петербург в карете с гербами.
     - Когда?
     - Когда позовут. Саш, а где искать тебя в Петербурге?
     - Я сам тебя найду. А вот как нам быть с Алешкой? Никита задумался.
     -  Ты ищи его в Кронштадте, - он улыбнулся, - в  котором Алеше "быть не
надо", а я по  дороге в  Петербург наведаюсь  в село Перовское.  Может, он к
маменьке побежал? Я бы на его месте так и сделал.
     Друзья обнялись. В пять часов почтовая карета увезла Белова из Москвы.

     КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ



 * ЧАСТЬ ВТОРАЯ * 

-1-

     Три дня шел дождь. Дороги в России всегда оставляли желать лучшего, а в
то  июльское  лето  старый лесной  тракт,  по  которому пробиралась  карета,
представлял   из  себя  совершеннейшую   трясину.   Карета   была   большая,
четырехместная,  сделанная с  учетом  всех требований  удобства и  моды,  но
глядя, как  переваливается  она  с  боку  на  бок, скрипит колесами, дрожит,
преодолевая  выбоины и  ухабы, можно  было только пожалеть сидящих в ней. От
мокрых  лошадиных спин валил  пар. Кучер  давно перестал  щелкать  кнутом  и
понукать  лошадей, а сидел, втянув голову  в плечи, и  только молился, чтобы
карета не завязла в грязи и не перевернулась.
     Но  Николай  Угодник,  защитник всех  путешествующих,  видно,  не  внял
молитве.  Лошади встали. Каждая  их попытка вытащить  карету на ровное место
приводила к тому, что  она  подавалась  вперед,  готовая  вот-вот преодолеть
бугор, но  в последний  момент откатывалась  на  дно ямы,  угрожающе кренясь

Следующая

73 >