Нина Соротокина. Трое из навигацкой школы -
21 >
слишком щедрый пансион. Главное - полученные денежки помогали оной державе в
ее политике. И Лесток твердо помнил, что русские дела - его кровные и
французские - его кровные.
Франции что надо? Чтоб жила Россия тихо, как пятьдесят лет назад -
патриархальное, удельное государство, чтоб дружила с Парижем и
прислушивалась к советам мудрого старца - кардинала де Флери - фактического
правителя Франции.
Активно помогал Лестоку в его стараниях французский посол Шетарди.
Можно только диву даваться, сколько полезных Людовику XV дел устроил этот
человек в России, но переусердствовал, допустил ряд грубых политических
ошибок и был срочно отозван в Париж.
Отъезду Шетарди весьма способствовал вице-канцлер Алексей Петрович
Бестужев, враг французской политики, а следовательно, и Лестока. За
небольшой срок вице-канцлер успел приобрести огромный вес при дворе, с ним
весьма считается сама государыня Елизавета.
Бестужев не устает твердить, что он последователь реформ Петра
Великого, что Россия - морская держава, а потому могуществу ее послужит
сотрудничество с Англией. Он также ратовал за содружество с Австрией,
правильно полагая, что оно необходимо для сохранения политического
равновесия. Более всего европейские дворы волновала борьба за так называемое
австрийское наследство, то есть за принадлежащие дряхлеющей
Австро-Венгерской монархии земли: Чехию, Богемию, Венгрию, а Бестужев никак
не хотел, чтобы Франция или Пруссия усилились за счет получения этих земель
и стали бы диктовать России свои условия.
Вернемся к заговору. Погожим июльским утром Елизавета собиралась в
Петергоф. Двор был уже там. Во дворце шла предотъездная суета. Грузили на
подводы мебель, упаковывали гардероб императрицы, фрейлины принимали и
отдавали последние распоряжения. Царская карета была уже подана к подъезду,
когда на взмыленной лошади прискакал со страшной вестью Лесток: "Доподлинно