Нина Соротокина. Трое из навигацкой школы -
2 >
подталкивала к двери, а успокаивающе похлопывала, отступил назад и рванул
шпагу из ножен:
- Уж тебе-то я не позволю!.. Позиция ан-гард!
- Защищайся, Белов!
- Сэры, вы в уме? - только и успел крикнуть Никита Оленев.
Позднее Алексей говорил друзьям, что шпагу выхватил без умысла, просто
так, что он вовсе не хотел драться. "Глаза у тебя, однако, были опасные", -
отвечал Никита.
Эти "опасные" глаза и заставили Оленева выставить руку, отводя острие
шпаги от груди изумленного Белова. Шпага чиркнула по раскрытой ладони и
повисла, опущенная к полу. К Белову вернулся дар речи.
- Ты же ему руку поранил, сумасшедший! Никогда наперед не знаешь, что
ты выкинешь!
Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появился сухого сложения
мужчина в черном камзоле. Он вышел на шум, собираясь отчитать курсантов, но
так и замер с назидательно поднятым пальцем. Специальный указ запрещал в
школе носить оружие, а тут мало того, что курсант при шпаге, так еще затеял
оной драку.
- Что вы здесь?.. - начал Котов грозно и умолк, потому что прямо на
него, выставив вперед шпагу, шел Алексей Корсак.
Глаза у Котова округлились. Вид дрожащего лезвия не столько испугал
его, сколько обескуражил. Виданное ли дело, чтоб ученик шел с оружием на
учителя?
Белов опомнился первым и бросился отнимать шпагу, а распаленный
Алексей, который забыл, что у него в руках, решил, что ему хотят помешать
объясниться с Котовым.
- Отойди, Александр! - крикнул он, отталкивая Белова.
Шпага заходила ходуном, со свистом разрубая воздух.
- Отдай, дуралей, - требовал Белов.
- Не отдам, - твердил Корсак, не понимая, что он должен отдать и
судорожно вспоминая слова, которых требовал этикет: - За бесчинство ваше,
сударь, я пришел требовать удовлетворения! - прокричал он, наконец.
- Какое бесчинство? Опомнись! - воскликнул Котов.
- Вы дали мне пощечину!
- Ты лжешь!
В этот момент Белов разжал белые от натуги Алешины пальцы, шпага