Нина Соротокина. Закон парности -
27 >
себя? Я так боялась!
-- Все правильно, голубушка Мелитриса Николаевна- Спасибо вам.
У Мелитрисы на щеках некрасиво алели два пятна, и она прикладывала к
лицу пальцы, пытаясь остудить выходящее наружу тепло. Руки предательски
дрожали. Ей столько еще хотелось спросить у Лядащева, но тот прервал все
попытки:
-- Спать, спать... Все разговоры завтра.
И исчез на сутки. Когда же он наконец появился, как всегда
самоуверенный, насмешливый и раздражающе загадочный,. Мелитриса не могла
скрыть обиды. Как посмел он бросить ее одну в столь ответственный момент?
Почему здесь с ней обращаются как с марионеточной куклой?
-- Ну почему же- куклой? Просто служба моя такова,-- неспешно принялся
за объяснения Лядащев,-- что требует неусыпного внимания и неотложного
присутствия. А сейчас мы будем ужинать. Это вам,-- жестом фокусника он
достал из-под стола плетеную корзину с длинной ручкой, украшенной бантом.
Корзинка была полна черешни, каждая с черенком, чудо как хороша!
-- А можно задавать вопросы?
-- И даже получать ответы,-- он весело рассмеялся.
Однако Василий Федорович явно поторопился с обещаниями. Девица была
наблюдательна, умна и любопытна, посему часто приходилось ответствовать: не
знаю... там посмотрим... а уж это, милочка, нас никак не должно касаться! Но
Мелитриса не обижалась.
-- Если вы не знаете, как выглядит этот ваш Сакромозо, то почему
крикнули мне в ухо -- это не он? Хозяин дома очень подходил под ваше
описание.
-- Это он десять лет назад подходил. А сейчас тому рыцарю под сорок.
-- Что значит -- тому? Вы думаете, что в Кенигсберге какой-то другой
человек скрывается под этой фамилией?
-- Не исключено. Но честно говоря- не знаю. Однако я знаю точно, кто
принимал вас в белом особняке -- некто Цейхель.
-- А кто он -- этот некто?
-- Переводчик, он служит в замке в русской канцелярии. Для нас большой
успех -- выйти на Цейхеля.
-- Его надо немедленно арестовать! -- запальчиво крикнула Мелитриса.--