Нина Соротокина. Закон парности -
25 >
наказать кнутом, вырезать язык, посадить в колодки- как они там называются?"
-- Вы позволите один нескромный вопрос?-- голос собеседника прозвучал
вкрадчиво, даже интимно.-- Вы фрейлина королевы... Зачем вам
понадобилось?..-- он сделал вид, что смешался.
Мелитриса передернула плечом. Секретные туфли нестерпимо жали, и вообще
ее несказанно раздражал этот важный, напыщенный господин.
-- Вы заставляете меня разочаровываться в выбранном пути. Мне обещали
богатство, самостоятельность. Будучи .фрейлиной, я не имела ни того, ни
другого. А ваши люди обещали мне возможность жить в Европе.
-- Понимаю,-- в руках Сакромозо появился кошелек.-- Здесь 500 талеров.
При скромной жизни в Берлине вам хватит этого до старости.
-- Не уверена,-- быстро сказала Мелитриса, чувствуя, что беседа потекла
куда-то не в нужную сторону.-- Если считать старость тридцать дет, то, может
быть, вы и правы, а если сто?-- она рассмеялась и сама порадовалась, как
естественно прозвучал ее ответ.-- Если вы не имеете возможности заплатить,
то дайте возможность заработать. Вернемся к нашим баранам. Я привезла
шифровку.
-- Вот как? -- Сакромозо явно удивился.-- От кого?
-- Вам это известно лучше меня.
Сакромозо не стал настаивать, он молча протянул руку. Мелитриса
поискала глазами, куда присесть, и тут опомнилась. Это, право, никак не
возможно. Защитной была мысль -- Лядащев велел любым способом добиться
повторного свиданья, но главное, что ее смутило,-- необходимость при
незнакомом мужчине стоять босиком. Разве это мыслимо -- снять туфлю и
протянуть ему, как бокал с вином. А может, у туфли подкладка мокрая от пота,
недаром она жмет. Все эти шпионские игры -- верх неприличия!
-- Шифровка осталась в гостинице. Я по рассеянности надела не те
башмаки. Я везла ее в каблучке,-- добавила она, потупясь.
Шут их разберет, шпионов, то улыбался, прямо лучился весь, то вдруг
хмурый стал и смотрит исподлобья. Мелитриса отступила к окну, ноги ее не