Алексей Югов. Ратоборцы -
4 >
свои большие золотисто-карие глаза и в то же время большим пальцем левой руки, опертой на подлокотник кресла, слегка заглаживал кверху край бороды. - Что ж! - наконец проговорил он. - Приятеля нашего Бэлу можно уразуметь: divide et impera! [Разделяй и властвуй! (лат.)] Но Ростислав кто, чтобы мадьяр на отечество наводить? Олега Гориславича семя! - сказал с горькою усмешкою Мономашич. - И ведь что творят! Еще же и Батыевой рати оскомина не сошла!.. Ну... стало быть, меч нас рассудит! - решительно заключил князь и встал. Поднялись и бояре. Еще раз, кратко и властно, отдал он им приказанья по войску, легким склонением головы ответил на их поясной, глубокий поклон и отпустил. А войска под рукою у Даниила на тот час было мало. Враг же велик силою, яр и нагрянул вероломно. Было время петь петухам, когда трое полномочных послов князя Галицкого поскакали в три разные стороны. Первый - в Мазовию, сказать князю польскому Конраду: "Сын мой и брат! Я помогал тебе много, мстя за обиды твои. А от вас мне помощи не было. Ныне же Болеслав Краковский ляхов своих шлет в помощь к мадьярам противу нас за то, что я помогал тебе. А полезай же, брат, на коня!" - А не могут сами если пойти, - наказывал князь послу своему, - ать [пусть, пускай (древнерусск.)] полки свои пустят! Второй посол был в Литву, к Миндовгу. И властелину литовскому были те же слова: "Брат! Ты обещал нам помощь. Время сесть на коня! Самого тебя не зовем, но пусти нам помочь - либо с меньшою братьею, а либо с воеводами своими. И не медли, но поезжай не стряпая! [стряпати - медлить, мешкать (древнерусск.)] Не забывай своего слова!" Третьим послом был сам держатель печати, канцлер Кирило. Он мчал к Перемышлю, опережая русские войска, прямо в стан полководца мадьярского Фильния, одного из знатнейших баронов венгерских. В пути канцлеру князя Галицкого стало известно, что Перемышль взят на щит армией венгров с поляками Болеслава, которых навел из Кракова на