Алексей Югов. Ратоборцы -
32 >
перед ним руки, а то и легонько отталкивая его. Татарин яростно кричал что-то по-своему, ломился вперед, совал в лицо дворскому золотую пайцзу - овальную пластинку с двумя отверстиями, покрытую крючковатыми письменами и висевшую у него на гайтане. - Да вижу, вижу, - говорил, отстраняя пайцзу, дворский. - А чего ты жерло-то свое разверз? Знаю: от ближнего хана, от Могучея, приехал и Батыги-хана посол. Все знаю! А доколе не облачишься как подобает, не токмо ко князю, а и в хоромы не допущу. Что хошь делай! Татарин неистовствовал. Дворский устало смотрел в сторону, а тем временем ключник уж приказал принесть одежду и сапоги. - Помогите послу цареву переодеться-переобуться! - приказал слугам Андрей и пропустил гонца в сени. Тут, в уголке, посланному Батыя поставили табурет. Слуга, взявшись за халат, знаками показал татарину, что надо сбросить одежду. Тот понял это совсем иначе. В негодовании он сам распахнул халат, разорвав завязки, и начал охлопывать себя и по бокам и по груди. - Думает, мы у него нож заподозрили, - догадался дворский. И, усмехнувшись, принялся успокаивать гонца: - Да нет, батырь, знаем: на такое злодеянье посла не пошлют! И не про то говорим. А не подобает: грязный ты, в пыли весь! С золотою прошвою зеленый кафтан, новые сафьяновые сапоги, круглая плисовая шапка, отороченная мехом, благотворно подействовали на татарина. Он стал переодеваться с помощью слуг. Довольный этим, Андрей изредка взглядывал на него. - То-то! - ворчал он. - В баню бы тебя сперва сводить, да уж ладно! И шаровары надень, глядеть на тебя не будем. Татарин переоблачился. Однако лицо его все еще дышало настороженной злобой. Дворский же, невзирая на то, похваливал его и говорил: - Ишь ты! Словно бы и ростом повыше стал. Теперь и князю пойду доложу. А то скорый какой: в хоромы его! Ты погляди, - обратился он к татарину и указал на пол, - и здесь-то сколь наследил! А там у нас полы-те светлой